?

Log in

 
Леонард Зиновьев
Думать о белой чайке... с картин Магритта.
 
 
Current Mood: bouncybouncy
 
 
 
Леонард Зиновьев
15 February 2017 @ 04:34 pm
 
 
Current Mood: energeticenergetic
 
 
Леонард Зиновьев
10 February 2017 @ 06:14 pm


Скоро в моей виртуальной галерее «Визуальные объедки» произойдёт кое-что любопытное. Следите за анонсами.
 
 
Current Mood: awake
 
 
 
Леонард Зиновьев
09 February 2017 @ 04:05 pm
 
 
Current Mood: artistic
 
 
Леонард Зиновьев
Начало и продолжение повести...



Понаблюдав за копошением тел, человек в халате снова включил диктофон и заговорил:

– Вести дальнейшие наблюдения не имеет смысла, и поэтому было принято решение остановить  эксперимент и отпустить участников по домам. Где их наверняка уже потеряли и ищут с собаками.

В прекращении эксперимента и ликвидации погреба был задействован более мощный грузоподъёмный механизм, нежели чем тот, что доставлял трём бухальцам бухло и проституток. По заранее проложенным рельсам, к погребу подогнали башенный кран. Стропальщик грамотно зацепил за четыре угла плиту с люком, что венчала пьяный бункер, посмотрел вверх и показал рукой: «Вира!» – и  крановщик в своей кабинке потянул заветный рычаг. Электродвигатель заработал на реверсе, наматывая трос на брашпиль; четыре троса натянулись и зазвенели, словно тугие струны. Ползание в погребе моментально прекратилось. Замерев на четвереньках, Отрубеев, Петров и Сквернобананов задрали головы и с ужасом смотрели, как шевелится казавшийся доселе столь незыблемым потолок. Через полминуты усилий, плита была выкорчевана. Роняя с краёв чёрные комья земли, болтая оборванными проводами и осыпающейся люстрой, железобетонное изделие уехало вверх на целых пять метров. В погреб хлынул солнечный свет. Отрубеев, Петров и Сквернобананов завопили, щурясь и заслоняя внешней стороной ладони отвыкшие от естественного освещения глаза.

– Суки! – хрипло орал Отрубеев.

– Будь прокляты те, кто это придумал! – витийствовал Сквернобананов.

– Такую крышу у нас отняли! – жалобно захныкал Петров, покуда плита, следуя повороту башни крана, окончательно и бесповоротно уехала в сторону, и была бережно уложена на вовремя подоспевший панелевоз, разбитой люстрой вниз.

Отрубеев, Петров и Сквернобананов оказались в непривычном, давно забытом пространстве. Они стояли на полусогнутых, морщились, кривились, дёргали руками и болезненно очёсывались ими же. При этом, каждый из троих успевал асинхронно и не в такт моргать попеременно то правым, то левым глазом. Вокруг были какие-то люди и они что-то говорили. Ещё было много слепящего белого света и жёлто-зелёных пятен.

– Простите, а на каком свете происходит действие – на том или всё ещё на этом? – поинтересовался Сквернобананов.

Дружный гогот людей в лабораторных был красноречивее любого ответа. Отрубеев, Петров и Сквернобананов мигом пришли в себя, осмелели, сказали «А чего мы, как неродные?!» и, неожиданно, перешли к решительным действиям. Вслепую пошарив руками в пространстве перед собой, Отрубеев безошибочно вцепился в горло Петрова. Петров хотел ответить ему тем же, но в его хваткие руки попала шея Сквернобананова. Сквернобананов не остался в долгу. Быстро нащупав рядом две однотипные шеи,  он сдавил их своими железными рабочими руками – правой рукой шею Отрубеева, а левой рукой шею Петрова. Захрипев, трое упали на пол, расцепились и начали молотить один другого руками и ногами, насколько это было возможно в лежачем положении и практически без зрения.

– Господа! Господа! Что вы делаете?! – кричали люди в лабораторных халатах, пытаясь урезонить дерущихся.

– Устроили здесь бои без правил!

– Разнимите кто-нибудь этих дураков! Они же поубивают друг друга!!!

Отрубеев, Петров и Сквернобананов резво вскочили на ноги, разбежались, как им казалось, друг в друга, но сослепу промазали, на полной скорости, врезались в стены и отлетели на пол.

– Срочно вызовите специалиста! – распорядился один из людей в лабораторных халатах…

…Свет рассеялся и в поле зрения возник ещё один носитель белого халата, который, однако, отличался от деятелей науки. Во-первых, он был стар и сед. Во-вторых, носил бородку и пенсне. В третьих, он нёс в руках табуретку.    

На кроватях лежали трое и отчаянно рвались с привязи. И каждый винил другого.

– Это всё Петров! – кричал Отрубеев.

– Это всё Сквернобананов! – кричал Петров.

– Это всё Отрубеев! – кричал Сквернобананов. – И Петров ему помогал!

– Ах ты гаааад! – дружно отвечали Отрубеев и Петров.

– А ты сам-то! – заметил Отрубеев Петрову.

– А ты сам! – не дал себя в обиду Петров. – И Сквернобананов!

Доктор поставил табуретку посреди палаты, уселся на эту табуретку и начал наблюдать за болящими, поворачивая голову то к одному крикуну, то ко второму, то к третьему. Оценив характер заболевания, доктор встал, забрал свой табурет и покинул палату. Ругань была слышна даже в коридоре.
Комментарий специалиста

Случай и впрямь тяжёлый. Несмотря на все усилия, трое друзей, прошедших огонь, воду и медные трубы, по-прежнему резистентны к терапии. Но, по крайней мере, перестали враждовать и объединяться в короткоживущие, но непримиримые коалиции друг против друга.  Дальнейшее стационарное лечение не имеет смысла, поэтому все трое возвращаются домой, ура!

Катамнез через год. Пациенты трудятся по специальности: Отрубеев крепит грузы на стройке, Сквернобананов – чинит проводку, Петров возит молоко на базары. Досуг однообразный – любят сидеть втроём в погребах, при этом употребляя спиртные напитки.
Прошло ещё три года

Пользуясь случаем, мы, Отрубеев, Петров и Сквернобананов сообщаем вам, что мы открыли у нас на районе кафе «Погреб». Кафе «Погреб» – это бизнес-ланч, основное меню, тематические вечеринки. В программе вечеров: разговоры на профессиональные темы, а также об охоте и рыбалке; вызов девочек, просмотр плазменной панели. Наша фишка – все блюда подаются при помощи лебёдки через люки в потолке. Кафе «Погреб» – приходите к нам, ностальгируйте вместе с нами.
 
 
Current Mood: bouncybouncy
 
 
Леонард Зиновьев

Иван Иванович сидел на дереве и бешено косил глазами в разные стороны. Неожиданно, в правом полуполе зрения появился движущийся объект. Так, впервые за чёрт знает сколько месяцев, а, может быть и лет, Иван Иванович увидел Ивана Никифоровича.

Иван Никифорович вышагивал под деревьями, странным образом вывернув колени назад и пружиняще-натужно ступая на цыпочках. Быть может, старинный приятель прошёл бы мимо, и даже не заметил бы Ивана Ивановича, который почти что идеально сливался с бурой корой и раскидистой кроной. Но Иван Иванович решил обозначить своё присутствие и на свой манер окликнул Ивана Никифоровича:

– Это кто у нас деэволюционирует? – прошелестел Иван Иванович с дерева.

Смысл сказанного был не более понятен для Ивана Никифоровича, чем шорох ветра или хруст ветвей. Тем не менее, он остановился и по-своему отреагировал на звук:

– А сам-то ты не деэволюционируешь, старый хрен?! Видел бы ты себя со стороны. В кого ты превратился???!!!...

– Ха! – парировал Иван Иванович, рассогласованно крутя глазами в орбитах. – Ха-ха! Да я, если хочешь знать, таких, как ты…

И Иван Иванович лениво пошлёпал вниз по стволу дерева. И Иван Никифорович понял, что с Иваном Ивановичем шутки плохи.

– И ведь собачиться нам никак не надоест, – опасливо заметил Иван Никифорович. – Хотя мы с Вами вроде бы и не собаки.

– Вы у меня сейчас договоритесь, любезный Иван Никифорович! – пригрозил ему Иван Иванович.

–Ну, полно Вам, Иван Иванович! – залебезил Иван Никифорович. – Поругались, устроили, так сказать, привычный обмен колкостями – и будет!
Read more...Collapse )
 
 
Current Mood: relievedrelieved
 
 
Леонард Зиновьев
Начало повести здесь.

День второй
         
Ещё до пробуждения, сверху прибыли на подносе три бутылки и много всяческих продуктов пищевого назначения.

– Пока мы спали, тут кто-то прибрался, – отметил Петров, озираясь вокруг.

– И объедки с пустыми бутылками унёс! – даже обрадовался Сквернобананов. – Кто же этот добрый человек, а?

Отрубеев в корне пресёк приступ недоумёния.

– Да какая разница, кто, – сказал он. – Главное, что прибрано – и на том спасибо!

Под аккомпанемент плазменной панели, Отрубеев разлил новую водяру и предложил оригинальный тост:

– А давайте по первой!

Похмеляясь, друзья по неволе быстро дошли до кондиции.

Отрубеев пустился в воспоминания.

Read more...Collapse )
 
 
Current Mood: awake
 
 
Леонард Зиновьев
Погреб

Д е н ь  п е р в ы й

Однажды Отрубеев, Петров и Сквернобананов очутились в погребе. Что это был за погреб, и какая сила их туда занесла, об этом история умалчивает. Погреб оказался не слишком глубокий и весьма комфортабельный: на полу ламинат, на стенах обои, на потолке люстра, посреди помещения столик, а у задней стены новенький диван. В погребе было сухо и тепло – работала система климат-контроля, а вентиляция вытягивала и уносила прочь все неприятные запахи. Возле дивана обнаружилась дверь, которая вела в уютную комнатку. В отделанной кафелем комнатке находились раковина с горячей и холодной водой, душевая кабина с горячей и холодной водой, и санузел только с холодной водой – всё новенькое и в рабочем состоянии. Люк погреба располагался в углу. Люк был отрыт и через него можно было увидеть небо. И вот теперь, бегло изучив мини-подземелье, Отрубеев, Петров и Сквернобананов сгрудились в углу, задрав головы, и глядя на такой далёкий и такой близкий небосвод. В голове у всех троих сквозила одна и та же мысль: встать под этим самым люком, подпрыгнуть, в прыжке ухватиться за края лаза, подтянуться, упереться (если слабая физподготовка) ногами в кирпичную стену, и, обдирая подмётками обои, своими собственными усилиями вытащить себя наверх. А потом, свесившись в люк, помогать выбираться остальным.

Но этим планам не суждено было сбыться.

Read more...Collapse )
 
 
Current Mood: creative